Работа ассистентом ветеринарного врача

В «ДЕВЯТЬ ЖИЗНЕЙ» прекрасно понимают, что такое становление с нуля настоящего ветеринарного врача, ведь в росте как клиника мы прошли все этапы. Будет весело и страшно:)

• Собственная программа обучения
• Теория и практика
• Возможности быстрого роста
• Прозрачная система оценки

- Анастасия, как ты попала в «ДЕВЯТЬ ЖИЗНЕЙ»?
- До ветклиники пять лет отрабатывала на птицефабрике в агрогородке под Минском, где живу сейчас. Но я поступала в ветакадемию, чтобы в конце концов лечить мелких животных. Это была моя мечта. Истёк контракт, на работа бай смотрела вакансии. Здесь понравилась фраза, что будет тяжело, начну с нуля, но из меня сделают врача:) Несмотря на то, что у меня высшее образование, сразу работать врачом меня бы никто не допустил, поскольку до этого у меня не было опыта работы с мелкими животными. Такой подход сразу показывал серьёзность клиники, всё адекватно. Больше никуда и не откликалась. Мне позвонили, пообщались, позвали на небольшой разговор с директором и главврачом, показали клинику. На один ознакомительный день пришла в стационар, сомнений уже не было, сразу подписала контракт. Это было пять месяцев назад.

- Расскажи о специфике профессии ветеринара на птицефабрике.
- У меня в ведении было две бригады, цех и аптека, но также успела поработать и на других участках – например, в инкубации, убойном цехе, цехе по переработке яйца – в общем, почти везде побывала. Главный упор в работе с птицей – вакцинация. Это основа всего, нужно строго соблюдать сроки и схемы. А дальше уже работа идёт по накатанной: если где-то выявляются заболевшие птицы, если падёж превышает норму, лечение назначается не одной особи, а сразу всему птичнику. Цель – вылечить больных и провести профилактику, чтобы не заболели остальные.

- Что повлияло на выбор профессии?
- В детстве я жила с папой, дядей, дедушкой и бабушкой в деревне. У нас в хозяйстве всегда было много животных: свиньи, коровы, быки, лошади, козы, собаки, кошки, птицы – всякие зверушки. Но о том, что буду их лечить, впервые задумалась лет в девять, когда у меня на глазах умерла моя кошка. Хотелось ей помочь, а как, не знала. Наверное, этот случай тоже повлиял на выбор профессии. После школы решила поступать в Витебскую ветакадемию.

- Учёба давалась легко?
- Первые два курса – не очень. Сложно было адаптироваться: одна в другом городе, ещё не совсем самостоятельный человек. Жила в общежитии, где у всех свои интересы и правила. Потом переехала в съёмную комнату, и учиться стало гораздо легче и даже веселее.

- Когда появился настоящий интерес к будущей профессии?
- На практических занятиях. Мне очень нравились паразитология и хирургия. Основную практику, в том числе хирургическую, во время учебы мы проходили в колхозах.

- С какой практической базой ты пришла в «ДЕВЯТЬ ЖИЗНЕЙ» после ветакадемии и птицефабрики?
- До ветклиники с мелкими животными я не работала, поэтому могу сказать, что пришла сюда с минимальными практическими умениями. Знания были больше теоретические. Даже элементарные манипуляции, например, взятие крови у птиц и у мелких животных, – совершенно разные. Фармакология, в принципе, одна и та же, а вот лечение отличается: другие дозировки и разные пути введения препаратов. Что-то, конечно, пересекается, но в целом мелкие животные – это отдельная область ветеринарии. Не говоря уже про индивидуальный подход к каждому животному: что подходит одному, может не подойти другому. Пришлось учиться практически заново.

- Здесь своя система подготовки специалистов?
- Да, сдала несколько блоков, и сейчас я – ассистент третьей категории. Дальше буду сдавать экзамены уже на интерна.

- А с чего начинала?
- Когда устроилась, сразу отправили поработать ассистентом в самое сложное отделение – реанимации и интенсивной терапии, сокращённо ОРИТ. Это проходят все новички. В первые дни было тяжело. Даже не столько физически или из-за нехватки теории и практики, а морально. В реанимации всегда есть и хорошие моменты, и плохие, нередко смерти… Естественно, здесь оказываются очень тяжёлые, нестабильные пациенты. Нужно действовать быстро, постоянно быть начеку, знать, где лежат инструменты и препараты, чтобы успеть быстро передать их врачам и при этом не мешаться под ногами. А в первые дни я многого не знала, терялась… Это тяжело – хочешь помочь, но ещё не понимаешь, что делать, куда бежать... Из-за этого в первые дни даже плакала несколько раз, бывало и такое.

- Что конкретно входит в обязанности ассистента в реанимации?
- В мои задачи входило выполнение всех назначений врача для пациентов. Врач прописывает в карте, какие лекарства вводить животному, когда, с какой кратностью. Я подсчитывала дозировки, готовила препараты и вводила их пациенту. Также выполняла дополнительные указания врача, следила за порядком: убирала боксы, подготавливала их для следующих питомцев. И, конечно, была дополнительными руками там, где нужно.

- Получается, ты и санитарка, и медсестра в одном лице, если проводить параллель с человеческой медициной?
- Да, похоже так. Ассистент также занимается мониторингом пациентов. Измеряет и ведет запись всех жизненно важных показателей: частоты дыхания, пульса, температуры, уровня глюкозы – всего этого. И вносит эти данные в карту. Кроме того, мы кормим животных, ухаживаем за ними.

- Сколько пациентов за смену нужно обслужить?
- Всё зависит от ситуации. Может не быть ни одного пациента, что редко, а может быть сразу полное отделение. У нас два отделения: инфекционное и неинфекционное. В инфекционном, как правило, чаще находятся тяжёлые пациенты – те, у кого не держится нормальная температура, давление, уровень глюкозы. Такие животные должны быть под постоянным наблюдением – этим как раз и занимаются ассистенты.

- Постоянно на ногах или бывают спокойные моменты?
- Если говорить об отделении реанимации, то там в основном постоянно на ногах. А в терапии есть возможность присесть, перевести дух, иногда даже поприсутствовать на чьём-то приёме, чтобы научиться чему-то новому или понаблюдать за операцией.

- На хирургических операциях доводилось присутствовать в качестве ассистента?
- Да, но не сказала бы, что именно ассистентом. Скорее, как наблюдатель.

- Что самое сложное в уходе за животным после операции в стационаре?
- Как правило, ничего сложного. Если были обширные операции, много швов или установлен дренаж, требуется обработка ран и прочистка дренажа. Введение препаратов. Но это не сложно. Самое трудное – дождаться выхода животного из наркоза. Нужно контролировать температуру, следить, чтобы питомец постепенно просыпался. Обычно мы кладём грелку, чтобы животному было комфортно, и оно быстрее восстановило температуру. Когда просыпается, стараемся дать немного поесть – обычно после наркоза питомцы с аппетитом кушают.

- Что вспоминается из первых дней работы?
- Первые дни прошли, как в тумане, постоянно кого-то реанимировали. Так что впечатлений хватило. Собака в коме, кошка в судорогах… Привозили сбитых собак, у которых кровь текла буквально из всех отверстий... За реанимационных животных, находящихся на твоём попечении, каждый раз переживаешь. Особенно за тех, кому не можешь помочь. Помню, привели собаку: внешне вроде здоровое животное, никаких видимых изменений. А по анализам – только эвтаназия. Там был целый набор диагнозов, сейчас уже не вспомню точно какие. Тогда для меня это было чем-то необъяснимым: как так – животное молодое, с виду здоровое, даже игривое, а ничего нельзя сделать…

- Когда пришло ощущение спокойствия, понимание, что ты уже адаптировалась?
- К концу первого месяца. Первые две недели самые тяжёлые. Через три месяца прошёл испытательный срок и меня перевели в терапию. Здесь, конечно, спокойнее. Не нужно лететь сломя голову. Конечно, случается разное, но в целом атмосфера более размеренная.

- Можешь дать какие-нибудь советы молодым специалистам, которые приходят работать в клинику? Как справляться со стрессами и быстро адаптироваться?
- Быть смелее, не бояться брать инициативу. Конечно, не стоит делать то, что не умеешь. Если не знаешь или сомневаешься, лучше всегда спросить, чем совершить ошибку. Никто тебя не осудит. И важно не бояться учиться новому, а учиться придется всё время. Но наши врачи обязательно показывают, что и как нужно делать, у них всегда можно попросить помощи и совета. В клинике есть тренажёры, на которых можно потренироваться ставить капельницы и катетеры.

- То есть учиться приходится постоянно?
- Конечно. И не только на работе: приходишь домой, нужно почитать литературу по теме. Если что-то не понял, ищешь дополнительные источники, возвращаешься к вопросу… Работа ветврача изначально предполагает, что учиться придётся всю жизнь. Нужно быть готовым к тому, что ты будешь вечным студентом. Даже врачи с большим стажем всё равно постоянно развиваются. Ведь медицина не стоит на месте – меняются препараты, протоколы лечения. И даже терапевту сегодня желательно иметь навыки УЗИ-диагностики, потому что ультразвуковое исследование необходимо практически всем пациентам.

- Ты уже прошла два экзаменационных этапа. Можешь рассказать, как это происходит? Как понимают, что человек готов перейти в другую категорию?
- Есть конкретные экзаменационные листы с теоретическими вопросами, около 20 разделов. Примерно раз в неделю собирается комиссия из старших врачей, им и сдаём. И два практических блока - их нужно сдать старшим уже в реальной работе. Поблажек нет, но и объяснять стараются максимально - нам же работать вместе. Так что цель главная не галочку поставить, а реально показать и обучить. Первые три месяца в любом случае – стажировка. За это время ты должен показать, справляешься ли вообще с работой, выдерживаешь ли нагрузку. Могут дать отсрочку, потому что работа насыщенная, и не всегда получается попасть на экзамен. За первые три месяца нужно сдать хотя бы один блок. Приходишь на работу как ассистент первой категории, сдаёшь первый блок – становишься ассистентом второй категории, потом – третьей. Дальше идёт интернский блок, и потом уже сдаешь экзамены на врача. По мере сдачи расширяются и допуски в работе, к тем же ночным сменам неопытного не допустят, там совсем другая ответственность. Да даже на вакцинацию без хорошей базы никого не допустят.

- Что думаешь о такой системе подготовки кадров?
- Такая система экзаменов нужна в первую очередь для того, чтобы ты сам понял, что знаешь и умеешь. Стажировка даёт мотивацию: больше читаешь, больше знаешь, больше понимаешь. Чтобы быть ассистентом, нужно знать много важных нюансов. К примеру, возьмем анализ крови: нужно понимать, как правильно его брать, накладывать жгут или нет, в какую пробирку сколько крови набрать, как всё оформить…

- Есть ли у ассистентов закрепление за определённым врачом?
- В целом да, но не всегда получается из-за разных смен, больничных, да и по ходу смены по небходимости можно поработать с разными врачами в разных отделениях. Где нужнее в моменте.

- Что входит в обязанности ассистента в терапии?
- В терапии ассистенты работают на приемах с врачами и в процедурных кабинетах: ставят капельницы, катетеры, делают инъекции, берут анализы, подрезают когти, занимаются чисткой параанальных желез и многим другим... Если работаешь в кабинете с врачом, помогаешь заполнять карту пациента, записываешь анамнез – с какой причиной пришли, что с питомцем… До прихода первых пациентов ассистенты проверяют в кабинете наличие всех необходимых лекарств, перчаток, салфеток, чтобы стол врача был чистым, ноутбук работал... В общем, чтобы всё было под рукой и в порядке.

- Какая самая интересная часть работы ассистента для тебя?
– Наверное, возиться со всякими милашками: котиками, собачками. Иногда привозят хорьков, крыс, хомячков... Именно это общение и даёт мотивацию продолжать учиться, развиваться и работать, пробовать что-то новое и радоваться, когда получается все, как ты хотела.

- Что самое сложное?
- Самое сложное, научиться на практике делать то, что ещё не умеешь. Ты можешь выучить всё теоретически, но не каждую манипуляцию можно сразу попробовать на живом животном. Например, в дальнейшем нужно научиться делать такую процедуру, как постановка шейной стомы – хирургически созданное искусственное отверстие с трубкой для кормления и введения препаратов. Такую сложную и рискованную манипуляцию не позволят выполнить на живом пациенте, если ты ещё не умеешь ее ставить. А чтобы научиться, нужно искать возможность потренироваться – например, на специальных моделях или биоматериале.

- За эти пять месяцев были моменты, когда тебе приходилось переступать через себя?
- Когда в первый раз проводила эвтаназию. Но это часть работы ветврача. Питомца отдают на эвтаназию владельцы или из-за отсутствия финансов на его лечение, или по рекомендации врача, когда животное лучше отпустить. Мне же нужно рассчитать дозировку препаратов по его массе и ввести внутривенно через катетер. Потом прослушать сердце – бьется или нет. Животное при этом может иногда дёргаться – это мышечные сокращения, они бывают, даже если смерть уже наступила. И конечно, тяжело видеть людей, стоящих рядом и плачущих, когда у самой ком в горле. Но нам нельзя это показывать. Мы можем только поддержать словами. Ещё тяжело, когда ты до конца не понимаешь, почему именно питомца нужно усыпить. Тебе всех жалко. Вначале постоянно думаешь: «Почему мы не можем помочь?» Естественно, когда только приходишь, нет никакого желания участвовать в этом. Хочется спасать, а не усыплять… Но у каждого ветврача, скажем так, есть своё кладбище. Со временем начинаешь легче переносить это, привыкаешь. Чаще всего эвтаназия нужна самому животному, чтобы оно не мучилось. И даже жалко бывает людей, потому что лечение не бесплатное, суммы могут быть большие. Нет смысла отдавать деньги, если знаешь, что питомцу это уже не поможет, а только продлит страдания. Иногда хозяева хотят максимально оттянуть момент смерти, даже если им уже объяснили, что вылечить питомца нельзя. Но люди не хотят расставаться со своим четвероногим другом. Даже когда объясняешь, что животному будет становиться только хуже, что оно страдает, не всегда владельцы соглашаются на эвтаназию. Тут уже ничего не поделаешь – отдаёшь питомца, а сам думаешь: «Жалко, что не дали ему уйти достойно».

- Расскажи про самые эмоциональные моменты в работе?
- Самое печальное – это когда ты долго боролся за жизнь пациента, казалось, был шанс его спасти, уже было, к примеру, две-три реанимации, и всё равно не смогли помочь. То есть мы боролись, а животное не хотело или не могло бороться. А самые приятные моменты, конечно, когда пациент выздоравливает. Особенно если он был в тяжёлом состоянии, а с нашей помощью пошёл на поправку. Ты знаешь, что благодаря твоим усилиям питомец снова начал есть, играть, ластиться, мурлыкать… Вначале, когда у животных что-то болит, они могут даже не подпускать к себе – рычат, шипят, кусаются. Наши руки вечно в укусах и царапинах. Но когда становится лучше, когда питомцы сытые, хорошо себя чувствуют, им комфортно, они начинают с тобой контактировать – ласково, с доверием.

- Как находишь подход к пациентам? Есть какие-то способы?
- Конечно. Например, если животное агрессивное, мы используем защитные воротники, полотенца. Всё делается медленно, спокойно, без резких движений, криков и шума. Обстановка должна быть максимально тихой и мирной. Если питомец в данный момент очень агрессивен, лучше немного подождать: постоять рядом, дать ему адаптироваться к твоему присутствию, положить руку рядом, чтобы он привык к твоему запаху. Нужно дать животному время. Если же сразу лезть в бокс и пытаться схватить его, вылезешь весь покусанный.

- А как с крупными собаками, которые могут быть опасны?
- Как правило, врачи больше боятся котов, чем собак – с последними проще. Кот может впиться всеми зубами и четырьмя лапами в одну твою маленькую руку, и его ничем не остановишь. А с собакой, даже агрессивной, проще: надел защитный воротник, дал ей время успокоиться – и уже можно получить доступ к любой части тела. Один человек придерживает голову в воротнике, отворачивает её, а другой в это время проводит необходимые манипуляции. Конечно, мы используем и успокоительные препараты, чтобы снять стресс у животного. Даём таблетку, ждём, пока подействует, и животные обычно успокаиваются. А через несколько дней в стационаре питомцы уже привыкают к нам и ведут себя гораздо спокойнее.

- Расскажи про самого необычного пациента.
- Необычного не было. Помню собаку всю в ожогах. Выглядело и пахло это страшно. Животное не могло вставать, есть и пить. Нужно было переворачивать собаку, обрабатывать раны, обрезать омертвевшую некротизированную ткань. Хозяева даже привезли ортопедический матрас и самодельные валики под лапы. К счастью, мы смогли выходить её, и собака поправилась. Но в клинике она находилась долгое время.

- Как ты привыкала к виду крови, неприятным запахам?
- Это всё индивидуально. Меня, например, не пугает ни вид крови, ни её запах. Иногда, конечно, бывают достаточно неприятные резкие запахи – например, от диарейных масс, абсцессов, но ничего такого критичного, чтобы падать в обморок...

- Бывали случаи, когда было физически тяжело справиться?
- Физически тяжело обычно становится к вечеру на третьей смене подряд, если в стационаре много животных. В клинике стараются распределять персонал так, чтобы не было большой нагрузки.

- С какими самыми частыми ошибками владельцев приходится сталкиваться?
- Неправильное питание, самолечение, игнорирование начальных признаков заболевания - вялость, рвота, диарея, изменение поведения у питомца. В итоге это приводит к запущенным болезням. Бывает, владельцы не соблюдают рекомендации врача - дозировки, схемы лечения. Пропускают прививки, обработки от блох, клещей, глистов. Много ошибок делают в уходе за шерстью, когтями, ушами. Или не ухаживают вовсе. Часто клиенты не могут правильно описать симптомы врачу или не знают историю болезни, питания, прививок питомца. Сильным стрессом может обернуться неправильная транспортировка животных при визите в клинику. Когда приводят собак без поводка и намордника, а кошки находятся без переноски в зонах ожидания, для них это большой стресс.

- Какой совет по уходу за питомцем дома можно дать всем владельцам?
- Не кормить со стола: жирная, сладкая, соленая пища, особенно шоколад, виноград – токсичны для многих животных. Рацион должен быть сбалансированный, не перекармливайте. Если меняете корм, делать это нужно постепенно. Многие также не знают, что молоко котикам нельзя. Следует воспитывать животное. Прививать, проводить обработки от паразитов, даже если животное без выгула на улицу. Мы приносим всё на обуви и одежде. Важно проводить диспансеризацию у врача регулярно. Не заниматься самолечением. Животное – это не просто игрушка для вашего настроения, а большая ответственность, время, финансы.

- Есть такая игра – нужно описать что-то, не называя самого предмета или явления. Как бы ты описала ветврача, не употребляя этого слова?
- Я бы сказала, что это трудолюбивый человек, который читает много специальной литературы, учится, не боится пробовать новое, искренне любит своё дело. Наша работа тяжела и физически, и морально, поэтому без любви к животным в нашей профессии ты просто не сможешь, выгоришь за месяц. Здесь не получится отлынивать, нужно постоянно развиваться. Если не будешь двигаться вперёд, учиться, даже те же экзамены готовить, долго не задержишься в ветклинике.

- Что-то перевешивает эти трудности, раз остаешься?
- Не могу говорить за всех, лично я всегда в таком случае думаю: что я зря пять лет училась? Зря работала на птицефабрике? Зря уволилась и пришла сюда, чтобы всё бросить? Я же шла к этому, потому что хотела быть ветврачом, хотела лечить котиков и собачек. Для меня профессия врача – достойная. Мне не стыдно сказать, что я ветеринар. И я знаю, что моей дочке, когда она подрастёт, тоже не будет стыдно за меня. Это гордость – и моя личная, и, надеюсь, моей дочери, за то, что её мама лечит и спасает животных.

- Говорят, что в ветеринарию идут люди, которые любят животных, но не очень хотят общаться с людьми. Насколько это утверждение верно?
- Честно признаюсь, я животных люблю больше, чем людей. По крайней мере, они никогда не делали мне ничего плохого. А люди стали злыми. Какая-то деградация началась с этими тиктоками, ютубами, блогерами… Я хоть и не такая уж старая, но мыслю, как человек старой закалки, и мне всё это непонятно. Люди стали немного… неправильными: всё перевёрнуто, перекручено, ерунда какая-то. Не говоря уже о том, что многие просто бесчеловечны. Но нам приходится очень много общаться с клиентами.

- Часто можно услышать, что животные добрее людей. Что ты об этом думаешь?
- На мой взгляд, питомцы гораздо надёжнее, добрее, чем люди. Ни одно животное просто так тебе ничего не сделает, если ты сам его не спровоцируешь. Собака нападёт, если ты будешь дразнить её, но сама по себе она тебя не тронет.

- Мне кажется, всё-таки бывают исключения...
– У животных своя логика. Когда, например, стая бродячих собак нападает на людей – это инстинкт выживания. Мы же говорим о животных, живущих в домах, в тепле и уюте. Если брать питомцев, которые живут у хозяев, они без причины не нападут.

- У тебя дома есть свои питомцы? Или достаточно на работе?
- Дома есть. У моей мамы кошка – дворняга, её свели с вислоухим шатландцем, она окотилась, и я забрала одного котенка себе, остальных раздали. Теперь и мама-кошка, и её дочь живут у меня.

- Есть на ком потренироваться...
- Да, на своей кошке я много чего «отрабатывала» – и температуру измерять, и дыхание слушать, прощупывать… Она мой помощник и в учёбе: когда сажусь заниматься, ложится прямо на тетради – и учи как хочешь.

- Какой у тебя график как у ассистента?
- Если это дневные смены – я сейчас ассистент на терапии – то график с 10 утра до 10 вечера. Ночные смены – с 9 вечера до 9 утра. Вообще в клинике динамичный график под разные нужды, но очень лояльный подход в плане личных потребностей, есть диалог, идут навстречу. В основном три дня работаю, три – отдыхаю. Это вполне удобно. Как будто живу двумя жизнями. Одна – полностью для семьи, а вторая – только для работы. Но можно распланировать свои выходные. У меня обычно в первый день – все домашние дела: уборка, готовка, стирка. Второй я отдыхаю, а на третий – морально настраиваюсь на предстоящие три рабочих дня, что-то читаю.

- Кем себя видишь в будущем, в какой специализации? Думала уже об этом?
- Я задумывалась как минимум о том, чтобы стать терапевтом с навыками узиста. Мне очень нравится паразитология, но я человек, который не может сидеть на одном месте в закрытом пространстве без животных. Поэтому в лаборатории я бы не усидела, хоть направление и интересное. Хирургия – достаточно тяжелая специализация. Возможно, в будущем, когда-нибудь, я к этому тоже приду.

- Что тебя больше всего раздражает в работе?
- Ничего особо не раздражает. Хотя иногда, конечно, бывает… Когда клиенты не хотят понимать, что им говорят врачи, или не следуют рекомендациям. Могут даже попытаться устроить скандал. Например, когда нужно взять у питомца анализы крови, потому что без них нельзя назначить точное лечение, некоторые удивляются: «Разве у животных тоже анализы берут?» Ведь вы же сами сдаёте анализы и не умираете от того, что вам сделали маленький прокол и взяли кровь. Порой приходится разжёвывать даже самые элементарные вещи.

- Что самое вдохновляющее в профессии?
- Когда животные уходят домой уже выздоровевшими, или когда ты точно знаешь, что именно ты им помог справиться с болезнью.

Актуальный список вакансий нашей ветклиники - ЗДЕСЬ.